ОЧЕРК ДЕВЯТЫЙ

РУССКАЯ ШКОЛА ОБУЧЕНИЯ

“ Вы можете быть уверены, что ваша система

будет введена во всех технических школах нашей страны,

как только её увидят в применении в нашем институте.”

Из письма директора Бостонского Технологического Института Джона Ронкля директору ИМТУ В.К. Делла-Восу от 30 августа 1876.

В 1876 году Америка принимала у себя Всемирную Выставку. Страна, лишь недавно законодательно отменившая рабство ( на восемь лет позже, чем Россия ), стояла на пороге грандиозного промышленного подъёма. Американцы прекрасно понимали, что развитие национальной промышленности совершенно невозможно без большого числа высокообразованных и патриотически настроенных инженеров и техников, которых должны готовить национальные инженерные школы. Именно поэтому особое внимание на Филадельфийской Выставке привлёк один из экспонатов, представленный Императорским Московским Техническим Училищем. Экспонатом этим была система практической подготовки инженеров.

Уникальный случай: методика преподавания не только была представлена на всемирной промышленной выставке, но и получила медаль. Более того, уже после окончания выставки завязывается длительная переписка между директором Бостонского Технологического Института профессором Джоном Ронклем и директором ИМТУ Виктором Карловичем Делла-Восом, фрагмент из которой вынесен в эпиграф.

Профессор Ронкль не просто восхищён русским методом обучения: он предпринимает все усилия для того, чтобы ввести методики ИМТУ сначала в своём институте, а затем - и во всей стране. И сообщает он об этом не только своему коллеге - директору, но и в канцелярию Его Императорского Величества и американскому посланнику в Петербурге: “Обратите внимание четвёртого отделения канцелярии его Величества на тот факт, что за Россиею признали полный успех в решении столь важной задачи технического образования, и что в Америке после этого никакая иная система не будет употребляться.”.

В чём же заключалась эта знаменитая в веке девятнадцатом, постоянно с гордостью упоминаемая в середине века двадцатого и оставшаяся к нашему времени более в воспоминаниях, русская методика обучения инженеров?

Она имела три основных составляющих:

  1. Глубокая практическая подготовка, основанная на реальной работе студентов в условиях, максимально приближенных к тем, с которыми им после придётся иметь дело на заводах и фабриках.
  2. Серьёзное изучение теоретических предметов на уровне, не уступающем преподаванию этих же предметов в классических университетах.
  3. Постоянная взаимовыгодная связь высшей технической школы с промышленностью.

Система складывалась не сразу. Уникальность ИМТУ состояла в том, что оно развивалось на базе Ремесленного Учебного Заведения, и практическая подготовка, которой не знали школы, основанные сразу как высшие, была во многом наследием обучения ремёслам. И тем более важно, что ещё в сороковые годы был совершён качественный поворот от обучения ремеслу к обучению промышленности. Небольшой, но правильно устроенный механический завод, созданный при заведении А.А. Розенкампфом, позволил воспитывать техников совсем другого уровня. Вот что об этом писали в 1860 году:

“ И завод и фабрика необходимы для окончательного образования техника и машиниста; без них он будет понимать и чувствовать в себе исполнить всё, в них он делается полным практиком. Без них технолог имеет одно представление о практике, в них он делается сильным практиком. Всё это совершенно справедливо; но справедливо также и то, что и техник и машинист, без основных сведений в технологии и механике, останутся рабочими-обезъянами, способными делать только по данному образцу и не имеющими возможности сделать ничтожного изменения, требуемого местными условиями, не говоря уж о том, чтобы ввести что-либо новое, более пригодное и удовлетворяющее требованиям местности.”

Уже в то время прекрасно понимали необходимость сочетания обучения практического с основательной теоретической подготовкой и, что всегда оставалось отличительной особенностью выпускников Училища, - формирования у будущих инженеров способности решать новые, неизвестные ранее задачи. Не случайно долгие годы практически вся инженерная элита страны состояла из выпускников ИМТУ-МВТУ.

Закономерно и то, что качественный переход от обучения ремеслу к инженерному образованию состоялся именно в середине девятнадцатого столетия. Именно в это время в России начинается серьёзное развитие промышленности, потребовавшее большого числа специалистов, умеющих проектировать и эксплуатировать сложные машины, а также разрабатывать и реализовывать новые, неизвестные до этого времени технологии. Подобное изменение обстановки не осталось без внимания передовых учёных:

“Давно ли у нас водворились паровые машины, давно ли на реках появились пароходы, а на суше железные дороги, давно ли наконец земледелие потребовало в свою очередь локомобилей и других более или менее сложных машин? Недавно, очень недавно, настало время, когда потребовались в значительном количестве у нас люди для управления действиями сил природы и сложными механизмами, когда мы почувствовали необходимость обратиться к разработке минеральных и растительных богатств нашей почвы и животных продуктов, когда наконец задумались серьёзно о построении у себя дома машин и орудий, споспешествующих всякому производству.”

Тем не менее, далеко не все современники понимали необходимость отечественного высшего технического образования. Одни оппоненты утверждали, что Россия должна оставаться страной исключительно сельскохозяйственной, которой промышленность вовсе не нужна, другие видели в прикладных науках угрозу существованию “настоящих”. В итоге обучением инженеров занялись не классические университеты ( а их пытались заставить это делать ), а РУЗ, первоначальные цели которого были от высшего образования очень далеки.

Всего за двадцать с небольшим лет Заведение прошло путь от обучения ни на что более неспособных детей портняжному и сапожному ремёслам к формированию учёных мастеров для промышленности, обладающих знаниями, вполне достаточными для инженера. Огромная заслуга в повышении уровня теоретической подготовки воспитанников принадлежит А.С. Ершову, который, будучи сам выпускником Московского Университета, заботился о привлечении в Заведение преподавателей с высоким уровнем знаний и о качестве читаемых курсов.

Наконец, при В.К. Делла-Восе русская школа обучения инженеров в том виде, в котором она восхитила посетителей и жюри всемирной выставки 1876 года, сформировалась окончательно. И это не случайно. Ещё в 1862 году, почти за шесть лет до назначения директором МРУЗ, В.К. Делла-Вос составляет докладную записку, в которой излагает свои взгляды на пути развития промышленности и технического образования в России: “Союз науки со практикой и удобный обмен сведений и успехов по промышленной деятельности на всём протяжении нашего отечества, составляют два самых действительных средства к обеспечению будущего процветания нашей промышленности.”

Став директором ИМТУ, Виктор Карлович успешно воплощает эти идеи в жизнь. Примечательно, что, постоянно говоря о необходимости формирования национальных технических кадров, саму техническую науку он видит достоянием всего человечества: “ Объём и качество научных знаний, необходимых для формирования техника, должны быть одни и те же во всех странах земного шара: здесь не может быть различных мер для различных национальностей, потому что самые науки не имеют национальностей, а составляют общее достояние всех цивилизованных наций.”

Тем не менее инженерные школы в наиболее промышленно развитых странах: Германии, России, США, Франции, всё-таки остались разными, с присущими каждой стране национальными особенностями. Наиболее близкой к русской являлась система французская, в которой тоже большое внимание уделялось практическому обучению. Американцы сделали упор на широту образования, немцы - на его глубину. Однако слова профессора Ронкля: “...заслуга в постановке на должное основание преподавания промышленных искусств навсегда останется за Вами”, навсегда вошли в историю высшего технического образования.

Сформировавшаяся в середине девятнадцатого века система обучения инженеров ИМТУ дожила до наших дней. Мы ещё прочитаем мнения о важности сочетания теоретической и практической подготовки знаменитых профессоров начала века. Мы ещё увидим, как будут обеспокоены невозможностью проводить необходимое количество практических занятий преподаватели во время эвакуации Училища в Ижевск ( 1941-43 ). Сохраняя преемственность традиций, русская школа дала стране в разные исторические периоды многих знаменитых инженеров и учёных, таких как В.Г. Шухов, А.Н. Туполев, С.П. Королёв. Даже в годы существования “железного занавеса” диплом МВТУ признавался во всём мире.

Слова о признании за Россией полного успеха в решении задачи технического образования вынесены на внутреннюю сторону обложки книги “МВТУ имени Н.Э. Баумана.150.” Отголосками практического обучения ныне остаются учебные мастерские и производственные практики, которые, по многим причинам, часто от Заведения не зависящим, не дают сейчас такого практического опыта, как это было сто лет назад.

Связи с промышленностью тоже не так взаимовыгодны, как хотелось бы, ввиду плачевного состояния последней. Тем не менее наша инженерная школа до сих пор является одной из самых авторитетных в мире, и хочется верить, что в дальнейшем обстановка станет более благоприятной, и о русской школе обучения инженеров будут продолжать говорить с таким же восхищением, как это происходит уже почти полторы сотни лет.

[ ПРЕДЫДУЩИЙ ] [ ОЧЕРКИ ] [ ГЛАВНАЯ ] [ СЛЕДУЮЩИЙ ]