ОЧЕРК ДВАДЦАТЫЙ

АЛЕКСАНДР ИВАНОВИЧ АСТРОВ

“Он просил доставить ему в камеру

его “Гидравлику”. Это было его

последнее чтение.”

Мы всё ещё не решаемся вернуть в нашу историю многие славные имена, удалённые из неё по различным политико-идеологическим соображениям. Это было не удивительно в начале пятидесятых годов, однако выглядит странным и особенно несправедливым сейчас.

Даже в вышедшей в 1995 году книге “Научные школы МГТУ ( МВТУ ) имени Н.Э. Баумана. История развития” основателем научной школы гидравлики и гидромашин называют профессора И.И. Куколевского. Сравнив дату основания гидравлической лаборатории ИМТУ по версии книги “Московское Высшее Техническое Училище имени Н.Э. Баумана. 150” ( 1900 год ) с датой защиты И.И. Куколевским диплома ( 1902 ), мы получим удивительную вещь: научная школа, которая “ ...не создаётся по приказу, она формируется вокруг лидеров, которые привлекают товарищей по работе своими человеческими качествами и высочайшим уровнем научной и технической квалификации...” была создана студентом, причём - даже не старшекурсником. Явление, вряд ли возможное в наши дни, и уж совсем невероятное в начале века.

Имя истинного основателя научной школы гидравлики и гидравлической лаборатории ИМТУ до сих пор вычеркнуто из нашей официальной истории.

Александр Иванович Астров.

Вы не найдёте в книге “МВТУ имени Н.Э. Баумана.150” имени Астрова.

Но там есть его фотография.

Во вклейке между страницами 48 и 49, под названием “Н.Е. Жуковский и А.П. Гавриленко среди профессоров и студентов. 1906 г.”

А.И. Астров сидит рядом с Н.Е. Жуковским.

Один из наиболее выдающихся профессоров ИМТУ начала двадцатого века, внесший значительный вклад не только в формирование научной школы гидравлики, но и в развитие самого Училища и учебного процесса в нём; помощник директора и первый декан механического факультета; вице-президент Политехнического общества с 1911 по 1914. Один из организаторов работы на оборону во время Первой Мировой Войны не только в стенах Училища, но и во всей стране. Человек, которому в течение более чем полугода не могли найти замену, когда он был вынужден покинуть ИМТУ в 1914 году. Автор курса Гидравлики, по которому учились несколько поколений студентов.

Его личность и его судьба - яркий пример жизни талантливого учёного до 1917 года и последующей гибели представителя так называемой “старой технической интеллигенции”.

Александр Иванович Астров родился в 1870 году. Он долго и не просто выбирал свой путь в жизни: обладая незаурядными музыкальными способностями, сначала собирался пойти в консерваторию, затем поступил на медицинский факультет университета, однако в конце концов связал свою жизнь с Московским Техническим Училищем.

Как выдающийся студент, Александр Иванович был оставлен при кафедре гидравлики профессором Д.С. Зерновым и получил командировку за границу ( по существовавшему в те годы обычаю такую командировку получали все выпускники, оставляемые при Училище ). Именно он был автором проекта гидравлической лаборатории ИМТУ, руководил её постройкой, начавшейся в 1899 году, и в дальнейшем эту лабораторию возглавлял.

По воспоминаниям современников “Вскоре Александр Иванович становится одним из авторитетнейших русских гидравликов. Он издаёт курс лекций по водяным турбинам, “Гидравлику”, - книгу, поражающую стройностью и точностью изложения. В Московском Техническом Училище Александр Иванович в течение долгого времени занимал должность помощника директора Училища и был первым деканом его механического отделения. По отзывам его сотоварищей, он создал этот деканат, послуживший образом для других русских технических учебных заведений.”

Много занимается он и общественной деятельностью, которая позднее, с начала войны и на долгие годы вперёд, будет нередко отнимать больше времени и сил, чем учебная.

В 1914 году решением Министерства Просвещения А.И. Астров был переведён в Московский Сельскохозяйственный Институт. В заседании Учебного Комитета двадцатого августа в первый раз обсуждается проблема замещения кафедры гидравлики, и обсуждение это затягивается на несколько месяцев. Казалось бы, есть элементарное решение: наконец передать кафедру основателю научной школы И.И. Куколевскому , однако Учебный Комитет решительно этого делать не хочет. Двадцать третьего августа решили: просить остаться на кафедре...Астрова в качестве сверхштатного профессора, а заведование лабораторией поручить И.И. Куколевскому. Александр Иванович благодарит Учебный Комитет за доверие, однако должности принять не может за полным отсутствием необходимого для её исполнения времени ( кроме организации Московского Сельскохозяйственного Института он занят работой на оборону ). Тогда Учебный Комитет просит хотя бы временно читать курсы специальных глав гидравлики и гидромашин Н. Е. Жуковского, оставив вопрос о замещении кафедры открытым. И даже в январе 1915 года в протоколах заседаний учебного комитета опять возникает: просить А.И. Астрова читать его специальные курсы и вести проектирование...

В мае 1917 года А.И. Астров был назначен управляющим учебным отделом Министерства торговли и промышленности. Во время катастрофы русской промышленности 1917 года он, наряду с другими представителями технической интеллигенции, предпринимает попытку образовать Совет Экспертов, однако изменить уже ничего невозможно.

После октября 1917 года, когда всякая возможность общественной работы для него прервалась, Александр Иванович пытается уйти в научную работу и возобновить учебную деятельность. Однако “...в те времена и эта работа не могла дать результатов. Забота о пайке, о хлебе насущном для семьи стала самим вопросом существования, да и учиться мало у кого было тогда охоты.”

До последних дней жизни он не оставлял надежды на то, что сможет ещё участвовать в восстановлении российской промышленности и российской науки. Но последние дни наступили слишком скоро...

“ В ночь с 1 на 2 сентября 1919 года на квартиру А.И. Астрова по Немецкой улице в Москве явились агенты ЧК с ордером на обыск и арест. Перерыв его кабинет, они взяли какие-то бумаги и увели его на Лубянку.”

“Его сотоварищи, узнав об аресте, обратились к Красину и Каменеву, прося вернуть нужного и незаменимого профессора. Советские вельможи говорили, что в ближайшие дни он будет освобождён, ибо у него ничего не найдено, и он не связывается ни с чем.” “Наконец родным А.И. заявили, что он будет освобождён через несколько дней. А 23 сентября в московских “Известиях” был опубликован список расстрелянных в ночь на 15 сентября вместе с Н.Н. Щепкиным. В их числе был и А.И. Астров.”

Александр Иванович Астров был расстрелян по делу “Национального центра”.

Всего через несколько лет инженеров начнут расстреливать по обвинению в принадлежности к контрреволюционным организациям, которых никогда не существовало в природе.

Национальный центр существовал.

Эта организация на деле не представляла никакой реальной опасности для власти. Собрание интеллигентов различных профессий, возглавлявшееся Николаем Николаевичем Щепкиным, внуком знаменитого актёра, не могло и не пыталось организовать какой-либо реальный заговор, они только обменивались информацией о том, что происходит “за границей” и обсуждали происходящее в Москве. Такое собрание должно было появиться, его просто не могло не быть. И этот “заговор” не мог не быть раскрыт, поскольку представления о конспирации у его членов были весьма слабы. Даже изобличающие бумаги они бесхитростно хранили дома.

На следствии члены Национального Центра не отрицали своего отношения к существующей власти. Сохранились слова Н.Н. Щепкина: “Я знаю, что вы меня убьёте. Но вас я так презираю, что не боюсь от вас смерти.”

И даже к этой организации А.И. Астров не был причастен. В этом нет никаких сомнений не потому, что это утверждали Каменев и Красин. Все документы Национального Центра были найдены при обыске у Н.Н. Щепкина, и состав его участников не представлял большого секрета. Тем не менее Астрова расстреляли. Расстреляли за компанию, за то, что был знаком с Н.Н. Щепкиным. И за найденную у него записку с юга, извещавшую о смерти его сына.

И к нему самому можно отнести слова, им сказанные после гибели инженера С.С. Иванова: “Его убили так, зря, в каком-то конвульсивном припадке общественного крушения.”

Свидетельств о последних днях жизни А.И. Астрова не много. Вот некоторые из них, характеризующие эту удивительную личность.

“Когда его уговаривали укрыться от начавшихся преследований, ибо ясно было, что его популярное имя должно привлечь внимание чекистов, он наотрез отказался, зная, что жить крадучись он не сумеет, так как такая жизнь была бы противна всей его натуре. И он не укрылся, не погнулся, не склонился. Он был арестован и через несколько дней убит”

“Вернувшись после одного из допросов ЧК в свою камеру, он сказал: “Я знаю, они меня расстреляют.” Больше он не возвращался к этому вопросу. Скоро он овладел собой и сохранил до конца спокойствие духа. Он только тревожился за семью и за других, которые могут погибнуть.”

“В одной камере с ним сидели два мальчика-подростка, тоже взятых ошалевшими палачами, как опасные преступники. Мальчики говорили ему, что они позабыли французский язык. Александр Иванович принялся говорить с ними по-французски, стал повторять с ними язык, учил их и много рассказывал о своём путешествии в Америку и из того, что видел в своей жизни.”

Видеть ему оставалось не много. И память о нём была уничтожена не сразу.

Ещё в 1923 году, на праздновании 40-летнего юбилея своей научной и преподавательской деятельности Пётр Кондратьевич Худяков говорил, что: “...когда восхваляют МВТУ, перед его взором встают образы тех, кто так бесконечно много сделал для этого Училища. Среди этих лиц он назвал имена Н.Е. Жуковского и А.И. Астрова.”

Горько, что мы до сих пор не можем решиться вновь назвать имя А.И. Астрова среди выдающихся учёных, связавших свою судьбу с МВТУ.

Он не заслужил забвения.

[ ПРЕДЫДУЩИЙ ] [ ОЧЕРКИ ] [ ГЛАВНАЯ ] [ СЛЕДУЮЩИЙ ]